Изабелла Росселини. Красавица и чудовища

Прекрасная Изабелла Росселини всю жизнь боролась с чудовищами несбывшихся надежд и неудавшихся любовей, по иронии судьбы оставаясь в глазах окружающих символом преуспевания и немеркнущего великолепия. 

Увы… сегодня ей шестьдесят, а красота, как известно, умирает первой. Зато надежда − последней. Поэтому Изабелла мечтает получить от кинематографа какой-нибудь подарок к юбилею, актерский или режиссерский – не важно. 
 
Лед и пламень
 
Изабелла − великолепие и пышность. Фьорелла − женственность и очарование, нежный цветочек. Эллетра − изысканность и упругость розового шипастого стебля. Ну… Джованна − местный колорит. И все эти имена с рождения принадлежат синьоре Росселини. Так, впрочем, и должно быть: прекрасной женщине − прекрасная огранка. Добавьте к этому детство под знаком итальянского неореализма и город, лучше которого и быть не может, − Рим. 
 
Двойственность натуры Изабеллы Росселини была предрешена судьбой: мало того, что она была рождена в близнецовском июне, так еще и сестру-близняшку имеет − Изотту. Отсюда, возможно, и метания, и вечная неудовлетворенность тем, что имеет. А имеет «исходник» великолепный: родители − несравненная актриса Ингрид Бергман и гениальный режиссер Роберто Росселини. Север рука об руку с Югом, лед и пламень − и все это на недосягаемой для простых смертных высоте.
 
Роберто был прекрасным итальянским папашей: заботливым, любвеобильным − в приложении одаренности самой высшей золотой пробы. Об Ингрид, мечте всех мужчин мира, умолчим: слова бессильны перед ее талантом и прелестью. 
 
И что остается делать дочке таких родителей? Бросаться, как в омут, в глубокий и засасывающий намертво кинематограф? А ей, представьте, этого не слишком-то хотелось. У нее не было отцовской одержимости работой и непробиваемого ледяного спокойствия матери. Изабелла хотела одного − быть счастливой, а счастье, как известно, может дать только любовь. Избранника своего она видела похожим на отца. Кумир не рухнул в пыль даже после громкого развода. Поначалу дочки Изабелла и Изотта остались с Ингрид, но после семейных перетасовок и настояния режиссера, которому не удался сценарий счастливой супружеской жизни, поселились с братом и отцом. Все более-менее устаканилось: великодушный Росселини разрешил бывшей жене видеться с детьми, когда ей вздумается, и Бергман нередко пользовалась такой возможностью. Конечно, Ингрид отдалилась от дочерей, тем не менее, когда Изабеллу скрутил сколиоз, она не отходила от дочери, и буквально вырвала ее из объятий инвалидного кресла. Зрители, никогда не устающие любоваться кошачьей грацией Изабеллы, и подумать не могли, что у девушки была серьезная беда с позвоночником. Впрочем, здоровье − не единственная ее проблема.
Принимаю тебя, неудача…
 
Как было замечено, Изабелла, вопреки ожиданиям звездных родственников, не мечтала о кинокарьере. Возможно, рассудительная девушка понимала, что бог не наградил ее звонким талантом, хотя бы отдаленно похожим на увесистые сверкающие градины, благословенно обрушившиеся на головы родителей. Самой блестящей ее рабой оказалась роль в фильме «Синий бархат» (1986 год) Дэвида Линча. Век бы ей его не встречать… Тем не менее, в изысканной сумочке Изабеллы больше семидесяти полнометражных художественных фильмов и чуть меньше − документальных. Понятно, что и многочисленные ее любови вились, как бабочки, в свете софитов, и сияние это было так ярко, что порой застило глаза. Вот почему Изабелла не разглядела в своем первом муже Мартине Скорсезе взрывного, малопригодного для семейной жизни темперамента − он был плохо различим на фоне громадного таланта. Отдавая мужу должное, Изабелла, тем не менее, пыталась отстоять свое право на самостоятельность и разумную свободу. Но с сумасшедшим сицилийцем такие штучки не прошли. С 1979-го по 1983-й годы Изабелла практически не знала ни одной спокойной минуты. Любовь и ненависть так тесно переплелись в их несчастливом союзе, что трудно было различить лица и жизненные позиции: Скорсезе запирал жену на ключ, всегда был готов срежиссировать любую сцену ревности и громогласно проклинал «тот день, когда…»
 
Развод грянул вполне своевременно, и Изабелла нашла утешение в объятиях молодого, очень молодого, мальчика-модели Джона Уайдмена. Впрочем, и этот брак скоро расползся по швам, оставив на выходе неотразимую, как южное утро, дочку Эллетру.
 
Дэвид Линч со своим «Синим бархатом», казалось, полюбил Изабеллу Росселини на всю жизнь, позже выяснилось − только на время съемок. Однажды, не сказав дурного слова, он вышел за дверь и исчез из ее жизни. Потом были Гэри Олдмен, Грегори Мошер и многие другие «чудовища», которые не смогли ни понять красавицу Изабеллу, ни оценить ее недюжинные способности. Позже она скажет с горечью: «На мужчин я потратила слишком много энергии и душевных сил. Теперь я стала умнее и расходую себя бережно − только на детей и работу». Эти усилия уже принесли плоды: критики единодушно отметили последнюю по времени удачу − фильм «Немая жизнь» (вышедший в прокат в 2012-ом году), в котором Изабелла с блеском сыграла мать голливудского секс-символа Рудольфо Валентино. 
 
Лицо с обложки
 
Кинематограф всегда играл вторую скрипку в жизни «противоречивой и внезапной» Изабеллы Росселини. Она профессиональноя «cover girl», как сказали бы американцы. Сотни раз прекрасная итальянка украшала обложки глянцевых журналов Vogue, Marie Claire, Harper′s Bazaar, Vanity Fair и других. Ее огромные глаза по сей день глядят с миллионов постеров и банеров по всему миру. О трепетный огонь ее терпкой, изысканной красоты грели руки все, кому не лень. И, конечно, самые энергичные и прозорливые − ребята из косметической компании Lancôme. С 1982-го года Изабелла была незабываемым лицом этого «розового букета», но нет ничего вечного под солнцем: рекламно-модельный бизнес − дело молодое, опыт не чтящее. А все равно обидно − быть выброшенной за борт fashion-индустрии в то время, когда корабль набирает ход. Синьора Росселини сцепила зубы (не на ту напали!) и переметнулась в компанию «Ланкастер», правда, не в качестве модели, а вице-директором по менеджменту. У нее получилось: здравомыслием и деловой хваткой природа эту красавицу не обделила. Кстати, и литературным даром тоже. Три книги написать − это вам не фунт изюма съесть. Мемуары Some of Me (1997), конечно, придется дополнять свежими жизненными коллизиями; Looking at Ve (2002) − сочный плод многолетнего увлечения фотографией да и фотографами; Remembering Roberto Rosselini (2006) − признание в любви знаменитому отцу. В каждой из этих работ чувствуется твердая рука мастера и женское умение подмечать незначительные на первый взгляд, но неожиданно оказавшиеся суперважными фактики и детальки. 
А еще Изабелла Росселини в расцвете своей прекрасной зрелости, как и ее бывшая коллега Бриджит Бардо, однажды сказала себе: «Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю животных» (Бернард Шоу наверняка не был бы в претензии на дам за неточность) и бросилась в зеленое-презеленое озеро защиты дикой природы. И не только дикой: Изабелла участвует программе воспитания собак-поводырей. И, надо полагать, множество людей ей за это благодарны. 
 
В качестве режиссера и актрисы Росселини сняла энное количество документальных «экологических» фильмов, а забавная серия лент Green Porno об интимной жизни насекомых вызвала восхищение не только у специалистов и любителей природы. Эта удивительная «костюмная» мультипликационная и научная смесь призвана привлечь внимание к братьям меньшим и «заценить» их мудрость, детскую непосредственность и высшую, непостижимую для нас, рациональность.
Как видим, красота иногда обильно подпитывается добротой: зеленые мотивы подкрепляются общечеловеческими. Взять, к примеру, такой факт: Изабелла Росселини, счастливая мама прелестной дочери, усыновила мальчика без роду без племени. Всегдашнее стремление к двойничеству? Скорее, веление щедрого сердца. Теперь-то мы это точно знаем. 
 
Текст: Дарина Лунина