Звездные войны Гарета Пью

Марка Gareth Pugh родилась в 2005-ом и с тех пор изрядно зазвездилась. Ее молодой «папаша» не имеет равных в искусстве выстраивания геометрических образов, в творческой наглости и художественном эпатаже.

Талантливо ли это? Таким вопросом давно не задаются в Англии, а теперь и во всем мире. Главное, мальчик сумел ухватить за хвост само время и удержать на пару секунд, чтобы мы с вами успели хотя бы в общих чертах разглядеть его и почувствовать запах межгалактической пыли.

Гарет Пью не без странностей, как и положено настоящему кутюрье, хотя, может быть, ему не по душе это занафталиненное слово. Ведь он ниспровергатель, даром что родился в семье хранителей устоев (отец и старший брат − полицейские). С другой стороны, нередко эти мальчики без берегов появляются на свет в самой что ни на есть глухой провинции, в данном случае − в Сандерленде. В маленьком приморском городке нашелся и подходящий колледж искусств, по окончании которого Гарет защитил диплом «Дизайн одежды», определив тем самым свое жизненное кредо.

Вы замечали, как неуклонно идут к цели люди профессионально одержимые? Логично, что Гарет Пью в 2003-ем году, одолев премудрости и психологические барьеры престижного лондонского Central St Martins, вышел на тернистую дорогу шокирующего дизайна, хотя, по его собственным словам, «никуда не вписывался». Его «Заключительная коллекция», напичканная воздушными шарами и шубами из человеческих волос, не была похожа ни на что, но напугала далеко не всех, кто видел это безобразие. К примеру, Говард Танги, который учил еще Джона Гальяно, мог с легкой душой повторить в сотый раз: «Дизайнерами не становятся, ими рождаются».

Безумная коллекция понравилась и профессионалам из Dazed&Confused, не побоявшимся вынести на обложку эти обломки хаоса. Вообще, журнал стал для Гарета судьбоносным. Здесь работала редактором отдела моды его муза Кэти Шилленгер. Девушка со вкусом и любительница светских тусовок, она находила нужных людей и тыкала им в лицо несусветные опусы молодого дарования. Забыть увиденное оказалось невозможно. Через несколько лет уже «раскрученный» Гарет отблагодарил подругу, сшив ей «готское» суперызысканное светло-серое свадебное платье, напоминающее легкие клочья пыли. Жених счастливицы, музыкант Алекс Дромгул был в восторге, тем более что розоволосая невеста прекрасно вписывалась в старинный замок, где проходило торжество.

А Пью особенно и не напрягался, выдумывая что-то необычное. Готская, хэллоуинская тема − его любимая. Не так давно он в очередной раз доказал это, откликнувшись на предложение М.А.С. посодействовать созданию эпатажного макияжа. Вот Гарет и внес свой посильный вклад в сатанинские радости, придумав ресницы треугольной формы, подобрав кошмарный темно-лиловый насыщенный цвет помады и утяжелив изрядно черную коробочку-косметичку. Да, теперь его имя стало достаточно весомым, чтобы украшать заветными вензелями-инициалами кисточки-кабуки. Но поначалу было непросто.

После открытого вызова выпускной коллекции вчерашнего студента колледжа Святого Мартина «вызвали» в Венецию на очередную Биеннале в секцию «Измененное настоящее», но потом одумались. И напрасно. Потому что если говорить об изменениях пространства и времени, то модели Пью − самое то. Его изыски похожи на декорации к фильмам о звездных войнах, модели − на гостей из космоса, если, конечно, не из преисподней. Добивается этого автор с помощью неуемной фантазии и огромного количества черной кожи, винила и латекса. Хотя скандальности и таланта недостаточно для подготовки коллекций: нужны средства. И немалые. Деньги посыпались на Гарета не сразу, тем более что вещи его долго не продавались. Это сейчас они красуются в серьезных бутиках для избранных: Browns (Лондон), Colette (Париж), Seven, Barneys и Berdorf Goodman (Нью-Йорк), а тогда, в 2004-2006 годах эти невообразимые балахоны-шары, рукава а-ля летучая мышь, кольчуги с торчащими гвоздями мало кого вдохновляли. «Куда это носить?» − приставали к дизайнеру. «Ну, уж не в супермаркет», − огрызался тот. Хорошо, когда находится человек, который верит в тебя, как, например, Дельфина Арно − дочка главы крупнейшего модного конгломерата LVMH Бернарда Арно.

…Ситуация сошла с рельсов и покатилась «в чисто поле» в 2004-ом, когда Гарет устроил свой первый показ в лондонском клубе Kashpoint′s в рамках Недели Альтернативной Моды. Альтернатив неутомимый Пью предлагал сколько угодно! И уже осенью 2005-го на полных правах стал участником престижной выставки !WOWOW! На подготовку коллекции молодому дизайнеру дали четыре недели, финансовой поддержки, разумеется, не предложили. Пью практически перестал спать, а если и дремал пару часов, то «у станка», зато с помощью нескольких единомышленников собственноручно отшил коллекцию, которая стала официальным пропуском в мир Высокой Моды. Впрочем, кое-какие евро у Гарета водились и в то время: он готовил костюмы для гастролей Кайли Миноуг и других смелых звезд, к примеру, ошеломительной мулатки-шоколадки, певицы Бейонсе Ноулз.

В 2007-ом «подрыватель основ» получил премию Elle как лучший молодой стилист года, но это было ничто по сравнению с наградой ANDAM, когда Гарету удалось сорвать впечатляющий куш – 150 000 евро. С такими средствами уже можно было «вооружаться» и идти в поход на Париж. Что ершистый мальчик и сделал, громко заявив о себе на французской Неделе Моды. Но по-настоящему его манила Италия, где с легкостью отметали традиции, давая волю воображению.

Коллекция осень-зима 2011 на Pitti W во Флоренции стала триумфом Пью. Он превратил собравшихся в восторженных кинозрителей, продемонстрировав вместо «живых» моделей киноролик Womenswear Show, вдохновленный «религиозной иконографией и флорентийским богатством». Надо сказать, что видеоинсталляцию Пью уже использовал однажды и тоже успешно. Флорентийцы отметили маленькое черное платье с принтом из лазурного шифона, жакет с расширенными, как у киборга, плечами и платье из золотых пайеток.

Как видим, модели дизайнера становятся менее фантастическими и более приближенными к реальности, «чтобы продолжать работать, надо на что-то жить», но любовь мастера к броской театральности остается прежней. Еще в четырнадцать он не в силах был расстаться с чудесами костюмерной лондонского Национального молодежного театра, жадными глазами «поедая» все эти блестки, бархат и перья. С тех пор у Гарета осталась неискоренимая любовь к гофрированным деталям, геометрическим фигурам и жестким корсетам. Все оказалось более-менее востребованным.

Мальчик повзрослел. Подтверждением тому стало респектабельное сотрудничество на прочной коммерческой основе с известным бразильским брэндом Melissa. Пью предложил заокеанским партнерам коллекцию резиновой обуви. Не то чтобы он был здесь первооткрывателем, зато замкнул привилегированный список из «впереди стоящих товарищей», где первыми номерами значились Вивьен Вествуд, Александр Херчкович, Жан Поль Готье. Конечно, заимствовал он только задумку, а резиновые гладиаторские сандалии и балетки в скромной черно-белой гамме, изредка расцвеченной синим, красным и золотым, придумал самостоятельно. Стоимость одной пары − около 70 фунтов, но неизвестно еще, кинутся ли бразильцы раскупать дизайнерскую обувь − жарковато все-таки в резине, хотя нога, как и задумывалось, «как будто в броне». В таких «лодочках» только по Амазонке сплавляться…

А что поделаешь? Коммерческий спрос. Если уж говорить о пользе дела, то нельзя не упомянуть еще об одной попытке Гарета вписаться в прагматичную современность − о разработке нового имиджа Absolut. Этот кристальный напиток производится в Швеции с 1879-го года и заслужил безукоризненную репутацию, а теперь − с легкой руки Гарета − и новую «одежку». Пью разглядел в народном любимце «Абсолюте» брутальное начало и решил придать бутылке граненую форму (такой одно удовольствие хряснуть по столу) и на всякий случай, если соблазн все-таки возникнет, − упаковать в черную кожу с чертовщинкой. Надо сказать, что к заказу Пью подошел со знанием дела: никто в Лондоне не закатывает такие шумные, сумасшедшие и креативные вечеринки, как буйный Гарет. Голливудские звезды могли бы у него поучиться.

Надо сказать, что это далеко не первый опыт успешного дизайнера в рекламе. Несколько лет назад он со своим приятелем, модным фотографом Ником Найтом соорудил, руководствуясь простенькой схемой «красивая женщина − красивый автомобиль», шедевральную презентацию Mercedes-Benz: футуристические доспехи из лакированной кожи прекрасно смотрелись на фоне красного SLS AMG.

И никто не может обвинить Гарета Пью, что он перестал поспевать за временем. Назовите его приметы, первые, какие придут на ум! Правильно, гаджеты. И тут поспел наш пострел. Будь то меняющее цвет (по желанию владелицы) платье из органических светодиодов или элегантная обложка для iPad от Apple, любимого черного колера с любимыми же геометрическими фигурами − квадратами и треугольниками, выдавленными в мягкой коже…

Гарет Пью давно уже не мальчик. Ему стукнуло тридцать, он получил международное признание и возглавляет линию мужской одежды модного Дома Dior. Можно подумать, что этот мастер художественного хулиганства успокоился и примирился с обыденностью. Да ничего подобного! Он продолжает вести свои звездные войны с посредственностью, банальностью, обывательщиной, удобной привычкой. Его сегодняшние длинные кожаные плащи, будто собаками подранные джинсы, зловещие кольчуги, которые пришлись бы впору Халку или Бэтмену, − приметы того, что «вновь продолжается бой». Пью по-прежнему не укладывается ни в какие рамки − он попросту ломает их. Хрустит раскрашенный картон вчерашнего маскарада…

Текст: Дарина Лунина