Ludovico Einaudi* Музыка неприкасаемых

Его музыка напоминает легкое, прохладное дуновение ветра в жаркий летний день, каплю воды в пересохшем горле, крепкое объятие близкого друга после долгой разлуки, первый поцелуй, момент рождения ребенка... Легкая, как перышко, но прочная, как сталь, она цепляет сразу, пронзает постепенно.

Людовико Эйнауди – один из самых известных итальянских музыкантов, востребованный кинокомпозитор, автор одиннадцати альбомов и обладатель высшего ордена Италии «За заслуги перед Итальянской Республикой». Несмотря на плотный концертный график гастролей по европейским странам Людовико с удовольствием согласился встретиться с журналом «СОБРАНИЕ exclusive» и поговорить о кино, музыке и своей принадлежности к искусству.

Вивальди, Паганини, Верди, Пучини Италия на протяжении веков славилась своими композиторами! Как считаете, принадлежность к этой стране повлияла на вашу музыку?
Несомненно. Влияние итальянской культуры и истории во многом отразилось на моем творчестве. Я, кстати, обожаю Вивальди и его музыку, написанную для струнных инструментов… Также большую роль в моем творчестве сыграла народная итальянская музыка – она всегда привлекала меня своими ритмами. Особенно народные мотивы Южной Италии – таранта, например. Не путайте с тарантеллой! Я считаю, что национальность играет огромную роль в развитии стиля музыканта – это что-то вроде ДНК, которое служит основой дальнейшего развития.

Вы могли бы назвать свою музыку исконно итальянской?
Даже не знаю. Диапазон моей музыки достаточно широк. Я очень долго и много слушал, а потом и изучал различные музыкальные стили, начиная от европейских и заканчивая африканскими. Так что чисто итальянской свою музыку назвать не осмелюсь.

Знаю, что ваш интерес к музыке проявился в раннем возрасте – благодаря матери...

Действительно, любовь к музыке мне передалась по материнской линии. Мама много и с удовольствием играла на фортепиано – я обожал слушать звуки этого инструмента. Ее отец был композитором и дирижером итальянских опер. А вот мой отец, известный издатель, никогда не интересовался музыкой, но в тоже время не запрещал мне ею заниматься. Наши с ним интересы сходились на любви к современному искусству. Дед по отцовской линии (Луиджи Эйнауди – президент Италии с 1948 по 1955 годы, прим. авт.), к сожалению, умер, когда я был еще очень молод и неопытен.

Когда вы осознали, что музыка ваше предназначение?
Это произошло лет в шестнадцать, когда человек решает, к чему он хочет примкнуть. В тот период я понял, что я – часть музыки, а музыка – часть меня, и с тех самых пор мы – одно целое, не расстаемся ни на день.

Была ли альтернатива в выборе профессии?
В принципе, я очень творческий человек, меня всегда тянуло к искусству. В какой-то промежуток жизни активно занимался фотографией и мечтал стать профессиональным фотографом. Но вы сами видите, как выпали карты.

 

Как вы определяете для себя, какая музыка хорошая, а какая плохая?
Хм... Граница между противоположными понятиями для меня очень тонка. Думаю, что в хорошей музыке слушатель должен ощущать некую искренность, духовность. То есть в каком-то смысле должен проникнуть в душу композитора через его произведение. Хорошая музыка в большинстве случаев привлекает внимание, плохая же, наоборот, отталкивает. Также хорошая музыка должна пробуждать воображение слушателя, переносить его в другое измерение, то есть служить порталом в мир фантазии.

Людовико, вы известны не только как композитор и исполнитель своих произведений, но и как создатель саундтреков для оскароносных фильмов «Чтец» и «Черный лебедь». Однако мне больше всего запомнилась музыка к французской трагикомедии «1+1» (оригинальное название «Неприкасаемые» англ. The Intouchables, прим. авт.)...
Честно говоря, работа над музыкой к этому фильму была достаточно легкой и не потребовала от меня множества усилий, то есть мне не пришлось ломать голову над разработкой стиля и характера музыки. Режиссеры Оливье Накаш и Эрик Толедано еще во время съемок знали, какого типа музыку они хотят использовать в картине. С моим творчеством они были прекрасно знакомы, и, чтобы подобрать соответствующую музыку, в ходе монтажа прослушивали мои диски и выбирали наиболее подходящие композиции. В итоге мы переписали несколько мною ранее написанных работ и включили их в киноленту.

«1+1» история из разряда «смех сквозь слезы». И именно ваша музыка создает в фильме особую атмосферу, когда на глаза наворачиваются слезы…
Музыка – это связующее звено между главными героями. Что может соединить двух непохожих друг на друга людей из абсолютно разных социальных и культурных слоев общества, один слушает фанк, другой предпочитает классику? Моя музыка раскрывает дружеские чувства, зародившиеся между ними, она бессловесно сближает их. Думаю, что это как раз и придает фильму ту эмоциональную окраску, которая вызывает слезы зрителей.

Известный русский поэт Евгений Евтушенко как-то сказал: «Не я пишу стихи. Через меня пишут». Возникает ли у вас подобное чувство, когда вы пишете музыку?
Да, полностью с ним согласен. Музыка приходит из неведомого места, до которого мне, кажется, никогда не добраться, не разгадать его тайны. Это чаще всего случается спонтанно. Никогда не знаешь, когда тебя посетит новая мелодия, поэтому я всегда в ожидании, всегда начеку. Это сравнимо с сейфом, к которому ты не знаешь пароль. Можно тысячу раз вводить комбинацию, но сейф не откроется. И вдруг, спустя какое-то время, набираешь числа, полагаясь на шестое чувство, и дверь распахивается. Магия, не так ли?

В прошлом году вы выпустили одиннадцатый сольный альбом In a time lapse** и сейчас активно гастролируете по Европе. Есть ли шанс, что гастроли приведут вас в Россию?
Да, я уже ранее бывал с концертами в России – в Москве и Санкт-Петербурге. В сентябре этого года снова планирую посетить вашу страну и дать несколько концертов, однако еще неизвестно, где именно буду выступать. Может быть, доберусь и до Владивостока!

 

* Людовико Эйнауди

** в промежутке времени

Текст: Александр Старостин

Май, 2014