Злата Коломойская. Поединок с самой собой

Увидев впервые ее работы в фотоальбоме друга, я прокомментировал: «Симпатичные фотографии…» И услышал в ответ: «Это не фотографии, это рисунки». Поначалу показалось, что он меня разыгрывает. Но, присмотревшись, я распознал еле заметные разводы карандаша. Удивлению не было предела. Розыск автора рисунков начался немедленно.

Злата Коломойская – новая глава в истории современного искусства. Работы нашей соотечественницы все чаще появляются в популярных англоязычных журналах, таких, как Vanity Fair и OUCH Magazine, на российских и международных конкурсах, а также в музыкальных клипах американских поп-групп, на Неделях Высокой Моды и бомондных вечеринках Нью-Йорка.

Злата, думаю, для вас уже давно не секрет, что с первого взгляда ваши работы воспринимаются как фотографии. Для вас это комплимент?

Конечно же, да! Это доказывает, что я добилась поставленной цели, а именно – сделала чей-то портрет максимально реалистичным и близким к оригиналу, то есть к самому человеку. Но в этом кроется и определенная проблема: многие галереи, в особенности зарубежные, считают мои работы некоммерческими и не рискуют их выставлять.

То есть, идея ваших работ как можно ближе приблизиться к реальному образу человека. А как же тогда почерк автора? И чем такой портрет будет отличаться от фотоснимка, за исключением того, что на него уходит гораздо больше времени и сил?

Смысл в том, что своими руками я пытаюсь воссоздать то, что обычно делает фотокамера. Я не хочу, чтобы мои работы воспринимались только как рисунки, схожие с фотоснимками. Есть еще очень важный момент. В моих портретах заложена энергетика – как моя, так и человека, позирующего мне. Да, с одной стороны, я буду до последнего работать над портретом, пока не добьюсь эффекта реалистичности изображения, но в то же время я одухотворяю каждый портрет, вкладываю часть души – и своей, и моего героя. Тот, кто видит мои работы вживую, сразу чувствует энергетику, которой они насыщены.

Что же касается почерка, то могу объяснить это так. Возьмите десять фотографов и попросите их сфотографировать одного и того же человека с одного и того же ракурса. В результате получите десять одинаковых снимков. Проведите точно такой же эксперимент с десятью художниками – и получите десять абсолютно разных портретов одного и того же человека.

Злата, вы считаетесь профессионалом своего дела. Какое у вас образование?

По профессии я архитектор, что, в принципе, граничит с моим профессиональным хобби. В художественной школе никогда не училась. Точнее, пробовала, но не получилось. Уже с раннего возраста мои родители заметили, что у меня есть предрасположенность к рисованию и решили отдать меня в кружок юных художников. Однако ни в одном кружке я не прижилась. Меня все время пытались переучить, то есть показать, как нужно рисовать правильно. Я часто спорила с преподавателями, капризничала и говорила, что не буду рисовать по правилам. В итоге стала самоучкой: сама себе придумала правила и им следовала. Так появилась художница Злата.

Ребенком мне было интересно срисовывать картинки с обложек фильмов и детских книг, потом я перешла к рисованию различных предметов. Стартом профессиональной карьеры считаю свои первые заказы. Мне тогда было лет одиннадцать. Родители друзей, увидев мои рисунки, попросили нарисовать портреты их детей. До этого я тренировалась на родственниках – просила часами сидеть напротив меня и позировать, как делают настоящие профессиональные модели. Лица людей – это то, что заставляло меня брать в руки карандаш и лист бумаги. Можно сказать, что в чужих лицах я находила свое художественное вдохновение. Я начала охоту за интересными лицами и рисовала тех, от кого не могла оторвать глаз. Привычка росла вместе со мной. Даже сейчас, когда я еду в метро и мне нравится чье-то лицо, я всю дорогу могу созерцать его. Так и хочется приблизиться и сказать: «Можно я вас нарисую?»

Вообще лица несут в себе очень сильную энергетику. Морщинки, выражение глаз, улыбка – все это говорит о человеке и его сущности. Это как раз мне и хочется передать через свои работы. Еще интересно, что, рисуя детальный портрет, многое узнаешь о самом человеке. Если я чувствую сильную энергетику своей модели, то точно знаю, что нарисовав его/ее, энергетика автоматически перейдет в мой рисунок. А вот заказные портреты не очень люблю рисовать, особенно людей, которых не знаю. Если кто-то настаивает, чтобы я его нарисовала, да еще в условиях, которые диктует он сам, то для меня это – та самая грань, где на смену творчеству приходит ремесло.

Сколько времени уходит на создание одного портрета?

На портрет размером 55Х75 сантиметров уходит около 40-50 часов, не считая перерывов. Обычно, если начинаю рисовать, то меня не остановить – «впадаю в астрал», переношусь в другой мир, где только я, карандаш, холст и объект вдохновения. Иногда настолько увлекаюсь рабочим процессом, что забываю обо всем, даже о приемах пищи.

Немалую часть вашего творчества занимает боди-арт. Но роспись по телу все-таки не картина, живет не более суток. Не жалко расставаться со своими творениями?

Боди-арт – это некий симбиоз человеческого тела и искусства. Тело служит мне холстом, на котором я создаю свои рисунки. Действительно, такие работы – однодневки, поэтому многие боди-арт-проекты я фотографирую, а снимки сохраняю на память. Сейчас как раз работаю над своей новой выставкой, которую планирую открыть весной в одной из галерей Манхеттена. На ней будут представлены не портреты, а фотографии с рисунками на теле. Я решила поиграть с людским воображением. Идея созвучна с тестом Роршаха. (Тест Роршаха или «Пятна Роршаха» – психодиагностический тест для исследования личности с использованием изображений в виде клякс, прим. авт.). Издалека снимки напоминают некие симметричные фигуры, однако присмотревшись к абстрактному рисунку, можно распознать части человеческого тела.

Недавно вышел франко-испанский фильм «Художник и натурщица», в котором известный художник на склоне лет нанимает непрофессиональную натурщицу для создания новой скульптуры. За время работы он осознает, что именно эту натурщицу он ждал: «За всю жизнь я слепил сотни скульптур, но ни одна из них не идет в сравнение с той, что я делаю сейчас. Ради нее я жил...»

Это точно не мой случай. Дело в том, что я не посвящаю себя только одному делу. Мой репертуар разнообразен: портретный рисунок, боди-арт, живопись. Разносторонние интересы позволяют мне развиваться в нескольких направлениях одновременно. Еще очень важно, что я не расцениваю свою профессиональную карьеру, как дорогу к некоему кульминационному пику. Я перехожу с одного уровня на другой, совершенствуя мастерство. Последняя работа, будь это роспись по телу или рисунок карандашом, всегда для меня остается самой важной, но только до тех пор, пока не начну новую. С первым штрихом на чистом листе бумаги или мазком по телу начинается новый этап, я ставлю себе новые цели и стараюсь достичь их. Таким образом, я вызываю себя на поединок, соревнуюсь с самой собой, а значит, расту как художник и как профессионал.

Текст: Александр Старостин

Март, 2014