Пройдемся по Светланской?

Владивосток без сомнения мужской город. И по имени, и по профессии, и по характеру.  Это легко узнаётся в его повседневности, стоит только присмотреться.  Вся красота его естественна и не скрыта под макияжем искусственных скверов, не увешана бижутерией из сомнительных архитектурных сооружений, с претензией на моду  и сезонную актуальность.  Мягкие очертания склонов «плохо выбриты», как щеки уставшего после вахты докера, а шум порта полон странных «словосочетаний», где грохот портальных  кранов напоминает серьезный разговор на повышенных тонах.

Здесь множество профессий, большинство из которых мужские. Торговцы, бухгалтеры, учителя, врачи появились в этом городе чуть позже, после матросов, капитанов, тальманов,  докеров, лоцманов и боцманов. Для того, чтобы женщинам Владивостока было чем заняться, мужчины сначала придумали себе дело. Так, впрочем, бывает всегда - сильная половина обустраивает новое место - для того, чтобы было куда приходить слабой. Без снобистских разговоров и попыток попрать чьи-либо права признаем, что всегда есть особые требования к тем, кто выбрал для себя жизнь на море, у моря и в море...  

Тем удивительней, что главная улица Владивостока носит настолько немужское имя – Светланская. Как и все улицы этого города, она не прокладывалась намеренно, а родилась естественно и закономерно, как итог стараний первых жителей,  строивших свои дома недалеко от бухты и пытавшихся при этом  справиться с особенностями местного рельефа.  Город рос вдоль Золотого Рога, и берега покрывались сначала сеткой лесных тропинок, постепенно становившихся все шире, обрастающих сначала  деревянными мостками, а потом и булыжником. Как люди обходили овраги и ручьи, так и дороги, выраставшие у них из под ног, петляли лентами, повторяя очертания берега, даря прохожим возможность любоваться морем, при условии, что им есть до этого  какое-то дело.

Первое название главной улицы Владивостока – Американская. Это весьма неоднозначное по нынешним временам имя было дано в честь корвета «Америка», с палубы которого, как принято считать, граф Муравьев-Амурский отдал распоряжение о строительстве военного поста. Кстати, память о самом графе до сих пор живет в названии полуострова, на «острие» которого пост появился. Несмотря на то,  что сам Муравьев-Амурский во Владивостоке так и не побывал, город с благодарностью к нему жил долгие годы, закрепив в своей топонимике и его самого,  и его корабль. Нынешнее имя  улица получила в 70-х годах XIX века, когда на фрегате «Светлана» в молодой и неблизкий Владивосток прибыл первый в его истории представитель царствующей династии  - Великий князь Алексей Александрович. Радость от встречи с сиятельным гостем отразилась в желании закрепить в городской памяти это событие, для чего главной улице Владивостока было дано новое имя – Светланская. А имя самого Великого князя получила маленькая сопка в самом сердце города.

Начинаясь особняками у Амурского залива, улица течет вдоль всей бухты Золотой Рог, завершаясь сначала частными домиками в районе Гнилого Угла, а теперь - многоэтажками в районе площади Луговой. Сегодня она лишь соединяет два района города, хотя раньше уходила в пригород. 

Стоит заметить, что, в отличие от главных улиц других городов, Светланская не вела к центральной площади. Памятник Борцам за власть Советов и названная в честь него площадь появились только к началу 60-х годов XX века. До них на этом месте рос один из любимейших горожанами скверов, а основным местом проведения массовых мероприятий, демонстраций, митингов была площадь перед железнодорожным вокзалом, к которой, как известно, выводит улица Алеутская.

Повторяя очертания бухты Золотой Рог, главная улица отделена от берега территорией ремонтных мастерских, что не давало ей права считаться набережной. И, хотя мастерские не отнимали роскошного вида на бухту, все равно не оставляет ощущение, что будь Светланская на сто метров ближе к воде, Владивосток гордился бы одной из самых живописных улиц в мире. Но стиль жизни Владивостока долгие годы определяли интересы военных, задавая требования к строительству  с учетом возможной опасности.  Именно поэтому почти всю правую сторону Светланской занимали военные сооружения. Офицерские флигеля, ремонтные мастерские, морской госпиталь были построены ближе к морю, образуя целую линию на всем протяжении улицы. Некоторые горожане в шутку называли эту сторону Копеечной и, как противопоставление ей, противоположную сторону Светланской с храмами, банком, доходными и торговыми домами – Рублевой. Там, где строили военные, земля не продавалась, а значит, не имела цены и не стоила даже копейки. Зато та, что напротив, дорожала с каждым днем, становясь все более желанной для тогдашних коммерсантов, мечтавших «отстроиться» на главной улице Владивостока. Кстати, если внимательно присмотреться к зданиям на Светланке, можно увидеть одну из главных особенностей: дома на Рублевой  стороне  выходят на улицу парадными окнами и дверьми, а те, что на Копеечной, - «спиной». Вся красота Офицерских флигелей и Дома губернатора по-настоящему видна, только если рассматривать их со стороны моря. Желание стоять  к океану лицом, а не спиной определяло в то время манеру строительства. Оттого и город с моря виделся живописным, плавно поднимающимся вверх, осторожно «обнимающим» сопки, навевающим средиземноморские мотивы, тем боле,е если на дворе лето. Фритьеф Нансен утверждал, что Владивосток очень похож на  Неаполь,  правда, без Везувия на заднем плане. Если присмотреться к Светланской, отделив мысленно старую архитектуру от  неосторожных построек советского времени, понимаешь, что Нансен был не так уж неправ. Особняки Даттана, Кунста и Альберса, Старцева, Жарикова, братьев Пьянковых и Чурина, почтамт и Успенский Собор, флигеля и памятники стелились вдоль нее, создавая ощущение большого европейского города, построенного с любовью и уважением.

Если идти по главной улице в сторону площади Луговой, можно увидеть, как постепенно трехэтажные особняки уступают место старым кирпичным домикам. Последним богатым строением в этом ряду можно считать дом купца Жарикова - нынешнее печально известное здание библиотеки им. Горького. Оно заканчивало череду роскошных домов, уступая место слободкам - частному сектору, где селились люди, объединенные между собой  чем-то общим. Матросская, Офицерская, Экипажная, Докторская слободки - это значительная часть  истории города и его главной улицы. Большинство городского населения жило в них: отставные военные и действующие офицеры, служащие мастерских и рыночные торговцы, мошенники и авантюристы разного калибра, бывшие каторжане и еще много кого. Старая Светланская - это бесконечное разнообразие типажей, языков, нарядов. Первые автомобили и трамваи разъезжали по главной улице Владивостока, подпрыгивая на ухабах и застревая в ее лужах. В брусчатку Светланская одевалась постепенно, но,  так и не  успев закончить,  начала переодеваться в асфальт, из-под которого и сегодня, в сезон дождей и тайфунов, когда сильные потоки воды срывают куски дорожного покрытия, можно увидеть старый камень, который по каким-то причинам не стали убирать.

Во Владивостоке про эту улицу почти все почти все знают. Она,  в общем-то, незамысловата и понятна, может быть, как ни одна  другая улица в городе. И как никакая другая,  дает возможность этот город  прочитать как книгу, в которой  вся его история прописана  в зданиях, тротуарах, маленьких скверах, остатках  булыжника,  в заданных старыми архитекторами ракурсах и перспективах, в кронах еще не спиленных вековых деревьев. Без проводников и экскурсоводов эта улица расскажет все, что помнит. Нужно только, не спеша прогуливаясь по ней, внимательно всматриваться в то, что называется Старый город. Владивосток.

Текст: Виктор Шалай

№4, август, 2007

Облако тегов: