Жизнь на подмостках

Каждой из нас доводилось устраивать маленькие спектакли − для достижения каких-то своих целей или просто из любви к искусству. Порой театральные «аппликации» не только украшают, но и укрепляют суровую хлопчатобумажную основу повседневности.

Либретто
 
Худо-бедно, сценарий домашнего представления, хочется назвать его «либретто» (замах на серьезную оперу, а не на пустяшный мюзикловый фарс!) может написать любая женщина. Иногда это грандиозное, хорошо спланированное шоу, порой − талантливая мизансцена, чистый экспромт. И в любом случае − чудесный способ ненавязчиво и эффективно управлять мужчиной. Скучно и нецелесообразно добиваться желаемого ежесуточными повторами − «пилите, Маша, пилите!» Грех было бы не воспользоваться врожденными актерскими и режиссерскими способностями. 
 
Будем честными хотя бы с собой. Домашний театр, как правило, основан на большом или маленьком обмане. И если мужчины лгут, имея в виду конкретный повод: страх перед разоблачением каких-то грешков, материальная выгода и т. д., то женская ложь, по меткому замечанию писательницы Улицкой, «такое же явление природы, как березы, молоко или шмель». Она спонтанна и искренна. Вызвана нелегкими обстоятельствами личной судьбы, а потому оправдана. Здесь полный диапазон причин − от прямой грубой выгоды до общечеловеческого желания поразвлечься. Но первая, конечно, актуальнее. 
 
Чаще всего театральные импровизации возникают на почве внутрисемейных бытовых или любовных разборок. Иногда кажется (порой небезосновательно), что спорящие не слышат друг друга, упорно ведя каждый свою партию. Вспомним для наглядности оперу «Евгений Онегин», знаменитый дуэт Евгения и Татьяны. «А счастье было так возможно…» − заводит она, как бы позабыв о существовании партнера. «Счастье было так возможно…» - соглашается он и не сводит глаз с кого-то в глубине зала. Впечатление такое, будто эти двое не слышат друг друга. Но неожиданно голоса сливаются в малоутешительном прозрении: «Было…Так близко, так близко!» Эффектная сцена и, к слову, нередко дублирующаяся в реальной жизни.
 
Кстати, на будущее. Психологи утверждают, что гасить конфликты, вести неприятные, но неизбежные переговоры лучше с двух часов дня до семи вечера. К этому малоагрессивному времени и стоит приберечь свою художественную самодеятельность, если, конечно, вы чувствуете себя в форме. 
 
На заметку режиссершам и исполнительницам: к великому сожалению, наши дорогие спутники не слишком сообразительны. Церемониться с ними в расчете на чувствительность и обидчивость не стоит: конкретика, конкретика и еще раз конкретика. Можно сколько угодно вздыхать, выразительно постукивая ноготком по нарядной коробке, и брезгливо опускать уголки губ, разжевывая ненавистную конфетку, наполненную ликером. Даритель не поймет намека, бесполезно. Разумнее сказать прямо: «Я люблю только фруктовое пралинэ!» И при случае повторить пройденное. Пример касается конфетно-букетного периода, с семейной жизнью дело обстоит сложнее, и задачи будут поглобальнее. Поэтому маленькие домашние пьески надо обустраивать заранее.
 
Актеры, на сцену
 
Перед выходом на сцену, даже если вы талантливая и опытная импровизаторша, соберитесь с мыслями и поглядитесь в зеркало. Много, очень много здравых соображений пролетело мимо чьих-то ушей, осев на них махровой лапшой, вместо того чтобы застрять в сознании, только потому, что актриса выглядела недостаточно эффектно. Если в спектакле решено использовать практически беспроигрышное оружие − слезы, надо позаботиться о том, чтобы не размазался умелый грим, не покраснел от автоматических потираний нос, чтобы надето на вас было нечто более изящное и выразительное, чем бесформенный (неважно, что очень удобный), потускневший от времени халатик. Иначе вместо раскаяния и умиления вы прочтете в глазах непробиваемого визави только брезгливую жалость. 
 
Что поделаешь, мужчины любят глазами. Помнить об этом полезно каждой самодеятельной актрисе, тщательно выстраивающей свой монолог. В нем должен быть минимум сетований и выражений типа «у меня сердце не на месте, твой телефон постоянно недоступен», ведь это лишь скучная констатация фактов. И потом, где ему быть, сердцу? 
Разумнее выставить понятные, подкрепленные логикой требования: «Будь добр, не отключай мобильник, не забывай класть на счет деньги. Потому что в случае необходимости ни «нужные люди» (читай – свекровь), ни я не сможем тебе дозвониться». И струйка тонкой лести: «обычно на тебя можно положиться», «я знаю, ты человек слова…» и прочей сладкой чепухи. Монолог главной героини не выстраивается наспех, он должен покоиться на прочном фундаменте знаний особенностей человеческой натуры и, конечно, на интуиции. Главное − не заиграться. Побольше естественности! 
 
Известно, что великих актеров отличает умение держать паузу. Очень полезный в быту навык! Ничто так не раздражает нас, как привычка собеседника отмалчиваться в ответ на «упреки, подозренья». Молчит, как будто отгородившись непроницаемой стеной, − и все тут, словно не слышит. С ума сойти можно! Так не стоит ли хотя бы раз, стиснув зубы и прикусив рвущийся на свободу язык, ответить немотой на его ворчанье, ничего не значащие замечания, а то и обвинения? Очень эффективный способ вывести человека из себя, проверено на личном опыте. А можно устроить «тихий вечер», помалкивать и заниматься каким-нибудь сугубо женственным делом вроде вязания или составления букетов. Роль загадочной femme fatale (молчание всегда загадочно, потому как непонятно, что кроется в его темных глубинах) к лицу практически любой из нас. Положа руку на сердце, иногда и сказать-то особенно нечего, а промолчать не можем. С непривычки. 
 
Ремарки
 
Героиня романа Сомерсета Моэма «Театр» поделилась с нами сценическим профессиональным секретом. Она умела, в ущерб стараниям партнеров по сцене, переключать внимание зрителей на себя благодаря алому шарфу. Зал, как завороженный, следил за яркой тряпкой, будто бы живущей собственной жизнью. Внимание к деталям − вот что нам надо взять на вооружение. Гипнотизирующая сила приметных предметов вполне может быть использована во время домашних представлений. Хочешь − верти в пальцах поблескивающую серебряную ложечку, хочешь − выдвигай на авансцену любимого кота. Мужское внимание рассредоточится в ущерб логике и здравому смыслу, и мы выйдем из словесной схватки победительницами. Разве не для этого задумывалось показательное ток-шоу на кухне?
Читая пьесы, мы пробегаем глазами список действующих лиц и исполнителей. Нередко и в наших спектаклях участвует несколько человек. Нужно придумать для них небольшие рольки. Зная особенности поведения и характеров близких людей, легко сметать импровизацию на скорую руку. К примеру, выпустить на сцену подругу-тусовщицу с отчетом о самых приметных вспышках светской жизни города. Это выступление с условным названием «Прекрасная затворница» может стать и скрытым упреком мужу-домоседу, и приглашением к будущим культурным радостям. Дескать, я не слишком рвусь на все эти выставки-презентации, но люди-то ходят, сейчас это модно, кроме того, можно завязать выгодные знакомства… Ну, вам виднее, на какие клавиши нажимать. 
 
Всегда приятно устраивать на людях театрализованное представление «счастливая пара». Соглашаться со своим спутником даже в мелочах, виснуть на сильной руке, улыбаться, перестать коситься в сторону его моментально осушаемой рюмки… Не переигрывать, конечно, пытаясь добиться сакраментального «Верю!» от духа Станиславского. Глядишь, вживешься в роль и почувствуешь себя счастливой. Взаправду. 
 
А вот и знаменитый «шепот в сторону»: не надо вовлекать в «спектакли одного актера» детей. Хотя бы потому, что они за версту чувствуют фальшь. А без нее в театре, самом условном из искусств, не обойтись.
 
Декорации
 
Очень важно, где именно вы собираетесь организовать представление. Большинство почему-то предпочитает кухню. Не слишком удачный выбор. Это помещение, даже самое уютное, попросту непригодно для воплощения амбициозных замыслов. Во-первых, слишком по-бытовому, без романтики и возвышенности, необходимых театру как воздух. То мойка с горой посуды, то острые края обеденного стола… Словом, приземленность. Во-вторых, ученые предупреждают: даже при наличии хорошей вытяжки специфический кухонный запах действует отупляюще. Оптимальная схема такая: приготовил – поел − вышел. Иное дело гостиная! Подходящих декораций здесь гораздо больше. А еще лучше подогревают драматический талант выезды на природу. В такой прекрасной оправе любая ваша реплика будет звучать серебром, каждый жест казаться многозначным символом. И мини-представления можно устраивать разные: от бытовых пьес (лейтмотив − необходимость покупки новой мебели) до создания собственного романтического имиджа (тоже благодарная точка приложения актерского мастерства). Чудесно и органично смотрится женщина на фоне лесов, полей и рек, доверие к ней и ее словам растет пропорционально желанию выполнить все капризы примадонны. 
 
К сожалению, многие из нас, вопреки сказанному, понимая несвоевременность и глупость сцен в неподходящей обстановке, все равно затевают судьбоносные разговоры в общественном транспорте или на подножке уходящего поезда. На самом деле, «нетеатральных» мест и обстоятельств множество. Редко кому удается соблюсти железные правила театра классицизма − единство места, времени и действия. В основном мы норовим затеять диалог с человеком, опаздывающим на работу, или с ним же, вернувшимся домой усталым, раздраженным и голодным. Пусть отдохнет, поест, остановится, добежав до какой-то своей цели, − а тут и мы как раз войдем в роль. Занавес! 
 
Кроме продуманных декораций очень важен реквизит. Кем была бы Офелия без охапок мокрых лилий? Просто слабоумной юной леди, смотреть на которую больно и неприятно. Выручают театральные условности, в данном случае − цветы, о чем не грех помнить и нам, затейницам.
 
И раз уж заговорили о Шекспире, вспомним его золотые слова: «Весь мир − театр, и все мы в нем актеры». Поэтому если у кого-то и мелькала мысль о недозволенности театральных приемов вне подмостков, то развеялась как дым после «благословения» классика (сам Уильям дает добро!). А вот подумать о совершенствовании актерского мастерства стоит. В жизни пригодится. Цели- то у нас, несмотря ни на что, благие: пропаганда и воспитание. 
 
Текст: Дарина Лунина